» » » Несемейное дело: беспокоит ли властей Таджикистана оппозиция в изгнании

. / общество

Несемейное дело: беспокоит ли властей Таджикистана оппозиция в изгнании

tajikistan
О том, безопасно ли в Таджикистане быть родственником оппозиционера и как к ним относится государство, рассказывают российский и таджикский эксперты 
Вопросы взаимоотношения властей и оппозиции Таджикистана до сих пор сих пор волнуют граждан республики. Это подтвердила недавняя пресс-конференция с генеральным прокурором страны Юсуфом Рахмоном.
Отвечая на вопросы прессы, генпрокурор заявил, что "в рамках уголовного дела каждый близкий человек: члены семьи, родственники членов таких террористических и экстремистских организаций, как "Группа 24" и других, будут допрошены. При этом на них не оказывается никакого давления".
Сама по себе эта тема вызвана скорее судьбами родственников таджиков, уехавших на Ближний Восток и вступивших в ряды запрещенного "Исламского государства". Пример тому — печально известный экс-командир таджикистанского ОМОН Гулмурод Халимов, чьи родственники были задержаны в начале июля при попытке пересечь государственную границу. 
Разумеется, даже законопослушные, далекие от экстремистских идей граждане, чьи родные неожиданно подались в ИГИЛ, были обеспокоены тем, не падет ли и на них подозрение в терроризме.
Иначе судьба обстоит с родственниками тех, кто состоял в политических партиях и движениях, находящихся в оппозиции действующему правительству и в силу определенных причин признанных незаконными на территории Таджикистана.
В первую очередь это касается Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) и общественно-политического движения "Группа 24".
"Конечно, оппозиционные движения в республике есть, и они воспринимаются властями с некоторым беспокойством. Но поскольку большая часть оппозиции находится за рубежом, реально какой-то серьезной угрозы они не представляют", — считает таджикский политолог Рашид Гани Абдуло.
А потому обвинять правоохранителей в целенаправленном давлении на родственников не стоит.
Действительно, многие активные участники ПИВТ после объявления партии вне закона вышли из ее состава, фактически заявив о поддержке курса Эмомали Рахмона. Те, кто этого не сделал, эмигрировали в Афганистан и Иран, который с самого начала рассматривал политическую программу партии как отражение собственной идеологии, а потому всячески поддерживал ПИВТ.
А "Группа 24" и вовсе была основана за границей группой бизнесменов во главе с Умарали Кувватовым, резко негативно относившихся к внутренней политике таджикских властей. Сам Кувватов, через 3 месяца, после того как его движение было признано в республике экстремистским, а ряд сторонников получили тюремные сроки, был застрелен в Стамбуле неизвестным.
Однако родня многих политэмигрантов остается в стране и, по мнению правоохранителей, может быть причастна к антиправительственной деятельности либо просто поддерживать контакт соппозиционерами, которых в республике ожидает арест.
"Что касается преследования родственников, то у меня есть знакомые, в том числе сторонники ПИВТ, которые говорят, что такое преследование имеет место даже сегодня. Поэтому, если честно, я не очень верю в заявление прокурора", — отмечает специалист по Центральной Азии Андрей Серенко.
По его словам, за те 20 лет, что ПИВТ была частью легальной политической силы в республике, отделения партии появились в каждом районе страны, а в период своего расцвета число ее сторонников составляло от 70 до 90 тысяч человек. Значительную часть партии составляли женщины, чьи мужья либо уезжали на заработки в Россию, Казахстан и Турцию, либо воевали на стороне ПИВТ еще во времена гражданской войны 1992-1997 годов.
Довольно сложно представить, что прокуратура и МВД действительно могут подвергать гонениям такое огромное количество людей. А случаи, когда под следствием без особых оснований оказываются родственники оппозиционеров, логичнее было бы характеризовать как ненужное рвение местных силовиков.
Правда, российский эксперт не согласен с такой оценкой.
"ПИВТ не является угрозой нынешнего политического режима в Таджикистане, но все эти перегибы на местах возникают как сигналы сверху, как негативный результат государственной политики", — подчеркнул Серенко Sputnik Таджикистан.
Любопытно, что даже простая закулисная оценка правомерности изгнания ПИВТ, как оказалось, может стать причиной для ссоры государственных мужей.
Так, на недавней научной конференции в Афганистане встретились таджикский политолог из президентского Центра стратегических исследований Абдулло Рахнамо и экс-посол Ирана в Таджикистане Сайид Расул Мусави.
Они обсуждали в приватной беседе положение ПИВТ в республике, после чего иранский дипломат написал в соцсетях, что у таджикских властей, в лице Рахнамо, якобы не нашлось ни одного аргумента в защиту своей позиции о запрещении Партии исламского возрождения.
Вскоре таджикский ученый опубликовал ответ, где во-первых, подчеркивал, что не является представителем власти и ездил в Афганистан как член научного сообщества. А во-вторых, его молчание продиктовано элементарной вежливостью, а не согласием с позицией оппонента.
Сам же он, являясь законопослушным гражданином, вполне поддерживает решение Генпрокуратуры и Верховного суда РТ в отношении ПИВТ и приглашает иранца с визитом в Таджикистан, дабы продолжить спор лично, не занимаясь боксом по переписке.скачать dle 11.3

Дигар хабарҳо

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Написать свой комментарий:

Присылайте новости на электронную почту: tamos@orien.info.

забонҳо

АДМИНИСТРАЦИЯ САЙТА:

Все информационные материалы сайта подготовлены на основе наших источников в Таджикистане и других странах мира..