» » » Руми Шоазимов: В Душанбе не окупится даже Спилберг

. / культура

Руми Шоазимов: В Душанбе не окупится даже Спилберг


О том, какие фильмы можно снимать за счет государства, чем живет современный «Таджикфильм» и как создавался первый таджикский «нуар», у молодого режиссера Руми Шоазимова, который в этом году был здорово оценен международными кинокритиками, а теперь приступает к съемкам нового кино, спросила наш партнер «Открытая Азия онлайн».

В этом году о молодом таджикском режиссере Руми Шоазимове в Таджикистане не написал только ленивый. Дело в том, что его полный метр «Сон обезьяны», да еще в жанре «нуар» (кстати, это первый таджикский «нуар»), был очень тепло встречен кинокритиками на зарубежных фестивалях и получил несколько главных призов, в том числе и на XXIII российском кинофестивале «Литература и кино» в Гатчине.
«Гранатовый браслет» он, к сожалению, пока не получил, но зато жюри высоко оценило исполнителя главной роли – Баходура Миралибекова «За психологизм при создании роли в жанровом фильме» и композитора Икбола Завкибекова «За эмоциональное раскрытие замысла картины». 
Фото из соцсетей



Для Руми – это первый полный метр, первое зарубежное признание, первые серьезные фестивальные призы. Руми – 25 лет, он выпускник ВГИКа, учился в мастерской Владимира Меньшова и Владимира Тумаева. Он с восторгом показывает фотографию в телефоне, на которой афиша его фильма на Кинофоруме в Минске стоит в одном ряду с афишами картин известных режиссеров из России, Грузии, Беларуси, Армении и Казахстана.

– Этот стоит больше миллиона долларов, этот тоже, и этот тоже больше, а этот очень сильно меньше (это про свой фильм).

– А сколько?
– Ну, я про деньги не могу говорить, потому что все подсчеты ведет бухгалтерия, и вообще, у нас как-то не принято говорить про деньги.

– Но «Сон обезьяны» был полностью профинансирован государством?
– Полностью. И «Сон обезьяны», и все мои короткометражные фильмы, которые я снимал до него. 
Кадр из фильма «Сон обезьяны»



– Как удается убеждать государство, что эти фильмы должны быть сняты?
– Ну смотрите, я поступил во ВГИК по квоте президента. На самом деле, в меня вложили огромные деньги! Учиться было очень тяжело, особенно первые два года. Был момент, когда меня едва не отчислили. Но потом мой мастер (Владимир Меньшов, – прим. ОА) дал мне Чехова, сказал – «снимай» и объяснил, что я слишком молод (я же сразу после школы поступил), у меня бурная фантазия, которая меня может завести не туда. А классика всегда создает рамки и дает хорошие истории. Я снял короткий метр по Чехову («Хористка», – прим. ОА), денег толком не было, но все равно получилось! Мастеру очень понравилось. На V Международном кинофестивале «Дидор» в Таджикистане этот фильм получил два приза – победитель в номинации «Диалог культур Востока и Запада» и специальный диплом Международного жюри. Потом картина попала на «Кинотавр», где также не осталась без внимания. С этого момента все пошло в гору - в институте перешел не то что на четверки – полностью на пятерки. Так и окончил ВГИК – с отличной оценкой за дипломную работу «Вездесущий».

– Хорошо, но все-таки: как государство удалось убедить?
– Нужно добиваться – объяснять, убеждать, защищать свой фильм. Иногда приходится идти на уступки, но только в мелочах – по принципиальным вопросам я стою на своем. Люди мыслящие и профессионалы своего дела всегда тебя поймут. Я умею терпеть и ждать, потому что вижу себя только режиссером. И совмещать не могу и не буду. Это сложнейшая профессия, у меня сейчас заработок только за счет кино, я не подрабатываю нигде; только работа на киностудии «Таджикфильм», только заработная плата и гонорары. 
Фото www.sva-dc.ru



– Какие у таджикских режиссеров есть еще варианты получить финансирование на свой проект?
– Если это остросоциальное кино, то можно получить поддержку в международных организациях. Кажется, есть частные инвесторы, но это не массовое явление, и даже не знаю, кто и как добивается такого финансирования.

– Социальное кино – не твоё?
– Нет, не моё. Сейчас все фестивали битком набиты картинами, в которых режиссеры рассказывают только о проблемах общества.

– А почему тебе это не близко?
– Конечно, это кино нужное, оно должно быть; есть режиссеры, которые делают его очень талантливо, но это не моё. Например, в Таджикистане мне интересны идеи и сценарии Марианны Ариповой, дочери легендарных кинематографистов Марата Арипова и Эммы Крыжановской, которая окончила Высшие курсы сценаристов и режиссеров в Москве. Она очень деятельная и мечтает также снять свой фильм в Таджикистане. Многое для кино делает Искандар Усманов – он просто «фонтанирует» своими сценариями. Человек действительно любит профессию. Далер Рахматов и Акмал Хасанов сняли прекрасную комедию «Воздушный Сафар», которая недавно получила приз в России, а также тепло была принята зрителями в разных городах. У нас в Таджикистане немало людей, преданных кино, и это очень даже хорошо! 
Фото из соцсетей



Но мне нравится получать эстетическое наслаждение от фильма, чувствовать его атмосферу, смотреть на мир, который создает художник. В социальном кино атмосфера уходит на второй план, реальность давит тебя. Актерская игра создает напряжение, но оно уводит от художественного изображения в сторону документалистики. Идет манипуляция человеческими эмоциями. Мне же близко другое. Мне близок – Зульфикаров! Он может рассказать о тех же проблемах, но образно, поэтично. При этом не отрывается от земли, потому что Тимур Касымович – поэт дионисийского начала. Думаю, сейчас зритель очень нуждается в таком кино.

– С социальными фильмами легче, понятно, что говорит режиссер, а что говоришь ты?
– Я люблю придумывать, сочинять, фантазировать. Да, о тех же проблемах! Но только по-другому… Вот мой «Сон обезьяны», задача у этого фильма такая – показать общечеловеческие беды: зависть, жадность, слабость характера. И еще люди не меняются, вот смотришь старые советские фильмы, а они до сих пор актуальны, хотя политический строй поменялся. Так что человек – самое главное. 

"Зульфикаров - гениальный"

– Сценарий к твоему следующему фильму написал Тимур Зульфикаров…
– Да, и это большая для меня удача, потому что Зульфикаров – гениальный, сценариста такого масштаба вообще трудно найти, а в Таджикистане его уровня просто еще никто не достиг. Он написал для меня оригинальный сценарий. Фильм будет короткометражный, и называется он «Парад женихов», это скорее такая музыкальная комедия, я собираюсь снимать ее на грани театра. История простая: отец, мать и 25-летняя дочь выбирают жениха, и каждый приходит со своими причудами, со своим характером, у каждого свой образ. Лица сегодняшние и лица из прошлого, они каждому будут знакомы.

– Его тоже финансирует государство. Средства уже выделены?
– Мы получили добро от Комитета телевидения и радиовещания при правительстве Таджикистана и Худсовета «Таджикфильма», я собрал команду, ко мне приедет оператор из Санкт-Петербурга Александр Соловьев и актриса из Москвы (ее имя держу пока в тайне); остальные ребята все наши, местные. Правда, финансы еще не получили, но это решится прямо на днях. 
Фото из соцсетей



– Кажется, в интервью нашим партнерам из «Азии Плюс» ты уже говорил, что будешь работать с Зульфикаровым, но название фильма заявлял другое – «Золотой попугай в метели».
– Да, это был блестящий проект, такой гимн всепоглощающей любви, но, к сожалению, мне пришлось от него отказаться – слишком дорогой. Это должен был быть полный метр, разные эпохи, разные костюмы. Я хотел, чтобы в нем Зульфикаров сам рассказывал свои истории документально, а потом мы бы переходили в художественный мир. Я не могу снимать такой проект за копейки: если не хватает финансов, не берусь.

А в «Параде женихов» у нас будет одна локация – это дом и улочка, по которой будут приходить женихи. Это и проще, и сложнее одновременно; проще, потому что меньше надо финансов, но сложнее будет показать динамику в одной локации. Но у нас все получится, это сто процентов. Потому что, как говорил великий Альфред Хичкок, чтобы сделать хороший фильм, необходимы три вещи – сценарий, сценарий и еще раз сценарий. А сценарий у нас то, что надо. 

– Как вы сошлись с Зульфикаровым, ведь вы люди совершенно разных поколений?
– Для гения нет разницы в возрасте, он понимает всех. Он – мудрый, аристократичный и очень трогательный. Мы с ним познакомились в первый раз в 2014-м году на Киностудии «Таджикфильм», потом в зоне отдыха «Зимчуруд» перед съемками своего дебюта мне посчастливилось снова встретиться с этим необыкновенным человеком. Вот тогда-то он и сказал: «Что ты делаешь? С моими сценариями нужно работать! Почитай и обдумай». Я дал слово, что следующий фильм буду снимать только с ним – это вопрос чести. Общаться с таким человеком - одно удовольствие. Бог одарил его не только блестящей внешностью, обаянием, чувством юмора, но и метафизическим воображением, которое ведет нас к истине. 

«ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО, ВЕРЬТЕ МНЕ»

– Руми, когда «Сон обезьяны» появится в YouTube?
– Да, я бы хоть завтра его туда выставил! Но, к сожалению, авторские права не у меня. А «Таджикфильм» надеется, что сможет хотя бы частично его окупить и продать телевидению. Наверное, это верное решение, кино должно окупаться. Тем более, у нас на Киностудии «Таджикфильм» есть всё, что нужно для съемок качественного кино. Всё оборудование новое, всё, что нужно, закупили. Конечно, руководству студии хочется получить отдачу. Правда, в Душанбе это сделать сложно: в Душанбе не окупится даже Спилберг! Кинотеатров мало, народа в них – тоже. Но постепенно все нормализуется.


– Вообще в Таджикистане на кино можно что-то заработать, кроме призов на фестивалях?
– Пока только признание на фестивалях и отзывы в прессе. Но это тоже капитал, это важно! На самом деле очень сложно сделать так, чтобы твое кино заметили за рубежом. Так что я пока доволен этим. 

– Кстати, кроме нового оборудования, что еще есть в современном «Таджикфильме», какая атмосфера там царит?
– Понимаете, на нашей студии остались только те люди, которые действительно любят кино. Они работают не ради славы и не за деньги – это настоящая преданность своему делу. 
– Кстати, тебе с кем интереснее работать – со сверстниками или с теми, кто старше?
– Интересно работать, прежде всего, с профессионалами своего дела и с талантливыми людьми. И, конечно же, в нашем деле (да и в любом другом) важна дисциплина. А возраст значения не имеет.
Руми Шоазимов с актёром Баходуром Миралибековым



– Значит, ты не жесткий режиссер?
– Ну как? Я не кричу на людей на площадке, так как уже заранее знаю, с кем буду работать. Чаще царит гармония, хотя бывают и исключения – все как в жизни.

– Скажи, ты ведь должен отрабатывать в Таджикистане полученную квоту на учебу?
– В августе этого года я ее уже отработал, так что я тут добровольно. Уезжать не собираюсь – мне здесь дают снимать фильмы. Я люблю свою Родину, город, людей, которые здесь живут, погоду, в конце концов. Мои родители живут в Душанбе, я должен им помогать.
  
Думаю, что с кинематографом в Таджикистане все будет хорошо. Надо просто больше отправлять молодых и талантливых по квоте для получения нужных для Таджикистана специальностей – звукорежиссеров, актеров, операторов, киноведов в престижные вузы мира. Остальное всё у нас есть, так что всё будет хорошо, верьте мне.скачать dle 11.3

Дигар хабарҳо

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Написать свой комментарий:

Присылайте новости на электронную почту: tamos@orien.info.

забонҳо

АДМИНИСТРАЦИЯ САЙТА:

Все информационные материалы сайта подготовлены на основе наших источников в Таджикистане и других странах мира..